Всё началось с тихого шума в голове. Постепенно этот размеренный, спокойный шелест невидимых листьев сменился нарастающим, давящим гулом, изредка прерываемым чёткими, ровными ударами.
А затем был свет.
Исторгнув из груди болезненный стон, он вздохнул. Затем, попробовал вновь разлепить глаза, зажмуренные от непривычки. Сжав зубы, он сел, свесив ноги с ложа. В голове всё ещё шумел кровоток, но собственное сердцебиение уже не оглушало. Перед глазами всё плыло, уши будто забили ватой, а обоняние молчало, как будто запахов не было вовсе.
Спустив ноги на тёплый шершавый пол, он, пошатываясь, встал.
***
- Командир! Мы продолжаем штурм, потери среди состава минимальны, в то время, как враг потерял уже три четверти войск!
Ард-Байар потёр ладони одна об другую, довольно ухмыляясь.
- Отлично. Продолжайте, продолжайте в том же духе. Им не устоять, и скоро… Да-да, скоро всё это будет принадлежать мне…
Ухмылка Байара расползлась ещё шире, обнажая жёлтые, кривые зубы. Чёрные глаза бегали по монитору, как будто пытаясь успеть увидеть всё, что передавали камеры, сразу.
***
Пиратский корабль приземлился рядом с базой совершенно недавно. Охранные системы установили оранжевую гамму опасности, и Стражи практически не обратили на пиратов никакого внимания. Ну, подумаешь, пришлось «космическим бродягам» совершить вынужденную посадку, это ж тот сорт людей, что находится в покое, только получив пулю или разряд в лоб, а потому – вечно стремящиеся влезть в уже готовую, или возбудить новую заварушку.
На это-то и рассчитывал Капитан «Кромешного Ужаса», некогда среднего корвета, а ныне – впрочем, уже пятьсот лет как «ныне» - пиратского корабля, Ард-Байар. На ту самую безалаберность и изнеженность Стражи, что вот уже несколько десятилетий не встречала ни мало-мальски серьёзной угрозы.
И вот поэтому-то и рухнул сегмент защитной стены, и хлынули во внутренний двор пираты, пока Стражи поражённо хлопали глазами. Жужжание генераторов и треск импульсов привели их в чувство, но… Уже было слишком поздно. Оставшиеся семеро Стражей заперлись в Центральной, охраняя саму суть базы – криогенератор с несколькими капсулами.
Пираты раззадорено обстреливали стены Центральной импульсами и закидывали зарядами, не столько обеспокоенные тем, чтобы уничтожить стражей сколько разрушением и хаосом.
***
- Семнадцатый! Нам не устоять!
- Знаю! – рявкнул Семнадцатый Страж. Он совершенно не хотел срываться на товарище, однако безнадёжная обстановка поставила его на грань паники.
- Знаю, - повторил он уже спокойнее.
- А делать-то что будем, Сем…
- А вот этого я не знаю! И не нарывайся…
Прильнув к прикладу, Семнадцатый выпустил три разряда в сторону ликовавших пиратов. Три вспышки, три вскрика, три трупа. Но это ничего не значило. Стражи были обречены, и каждый из них знал об этом. В том числе и Семнадцатый.
У них уже давно не было имён. С тех пор, как они прилетели сюда. С тех пор, как поступили на службу. С тех пор, как им промыли мозги, вытеснив всё лишнее. И затолкав новую, единственно теперь важную информацию – охранять и любой ценой защищать Базу Крио.
- Сем.., - Страж осёкся, глянув на друга. Тот покосился на него, но промолчал, и Страж, решившись, закончил фразу: - Семнадцатый, а чего они на нас ринулись-то? Мы тут…
- Старые сказки. Сокровища, клады – ты же знаешь, это суть пиратов. И в допереходные времена, и ныне, ими движет лишь одно – жажда лёгкой, ну, или, в крайнем случае, быстрой наживы. А мы тут на отшибе Путей, торчим уже семьдесят циклов, а до нас торчали другие, а до них ещё… Что же мы, по их мнению, должны охранять?
Иронично изогнув бровь, Семнадцатый посмотрел на друга. Тот нерешительно улыбнулся:
- Клад?
Семнадцатый Страж с улыбкой кивнул и отлетел назад, обдав друга кучей мелких разрядов и вонью горелой плоти. Да так и остался лежать у дальней стены, иронично подняв единственную бровь, и ухмыляясь половиной лица. Заряд сжёг ему треть черепа, мгновенно вскипятив мозг и опалив кожу.
Шестой нервно сглотнул, переполз к импульсной установке, и, выпустив в сторону пиратов пяток зарядов, прижался губами к микрофону в воротничке формы:
- Стражи… Мы потеряли Семнадцатого. На Z-4/1 установку встал Шестой.
Ему ответили не сразу. Оказалось, они потеряли ещё двоих. Итого их осталось четверо, по разным углам Центральной, на импульсных установках. Сколько они ещё продержатся? Час? Пол часа?
***
Продержались они ровно двадцать четыре секунды. Синхронно брошенные гранаты взорвались в четырёх точках базы, разметав ошмётки Стражей. Пираты с радостными воплями бросились к вратам. Вскоре те поддались – попросту превратились в решето, изрезанный кусок металла. Пираты проскользнули внутрь.
***
Он осторожно шагал, придерживаясь за стену. В полумраке вырисовывались какие-то неведомые конструкции, экраны с непонятными символами, полчища лампочек-индикаторов, легионы проводков…
Остановившись, он, тяжело дыша, огляделся. Картина по сути не отличалась от той, что он видел пять минут, или сорок метров, назад. И десять минут, шестьдесят три метра. И той, что он увидел когда сполз с ложа и направился к проёму в стене.
В стене, на которую он опирался при ходьбе, были двери. Массивные, широкие. И мёртвые. Мертвые, как и та дверь, что вела в комнату с его койкой. Энергия давно уже не подавалась на них, и двери успели уже покрыться налётом пыли.
Собравшись с силами, она продолжил свой путь вдоль стены… Пока не упёрся в провал, из которого вышел. Зажмурившись и скрипнув зубами, он осел у стены на пол.
- Круглая… Она, мать её, круглая…
От такой несправедливости он потерял сознание.
***
Пираты были крайне недовольны. Они бы даже злились на своего капитана, если бы не пара нюансов – он был недоволен куда сильнее их. И ещё он просто был куда сильнее их. Даже всех, вместе взятых. Да и не улетели бы они никуда с этой планеты без своего капитана. Не смогли бы.
- Вообще ничерта не нашли, хотите сказать?
Налившиеся кровью глаза капитана, казалось, сейчас выскочат из глазниц, пробьют экран монитора, и убьют стаявшего по ту сторону камеры пирата.
- Столько времени… Усилий… Надежд… И всё пропало на фюйр, сгинуло, исчезло!
Ард-Байар долго и шумно вздохнул, выпуская воздух через стиснутые зубы.
- Ладно. Захватите, если что всё же обнаружите, и вали… А это ещё что за фюйр!?
***
Он ещё раз прошёлся вдоль стены с дверями, проверяя, нету ли ошибки. Ошибки, увы, не было. Тогда он пошёл к противоположной стене, и начал исследовать её. Тут удача повернулась к нему лицом, и вскоре он оказался снаружи. Перед толпой странных, недоумевающих людей с явно не лейками для полива цветочков в руках.
Тихо выматерившись, он сел на землю, и устало закрыл глаза.
***
Пиратский корабль улетал с планеты, оставив после себя дымящиеся развалины Крио-Станции. Улетал, управляемый капитаном Ард-Байаром, вот уже пятьсот лет интегрированным в корабль, имеющим две здоровые руки и верхнюю часть торса. Впрочем, весь корабль был его телом – такова была служба капитана-межсистемника. Таково было их благословение и проклятие.
Улетал, унося на борту разочарованных, обозлённых пиратов, и маленькую, хрупкую фигурку человечка, выползшего из разбитой крио-капсулы.
***
- Итак, граждане разбойники-убивцы. Кто желает сегодня упокоиться? Я смотрю, желающих много!
Пираты, стоя на коленях, со скованными за спиной руками, уныло глядели в пол. В рядо рослых, косматых фигур выделялась одна – в грязно-серых обносках, худосочная и маленькая.
- Я за Ард-Байаром три года гонялся! Неужто вы думали, что от меня уйдёте?
Снисходительная улыбка адмирала осталась без внимания со стороны пиратов.
- Что ж… Вас ждёт справедливый суд, а затем – пожизненная каторга. Это кому повезёт. А остальных…
Вышагивая вдоль ряда унылых пиратов, адмирал остановился рядом с Щуплым.
- Оп-па на! А это что за недоразумение? Чей-то выкидыш?
Пираты молчали. Щуплый поднял лицо, глядя прямо в лицо адмиралу серо-голубыми глазами.
- А не пойти бы тебе, *** в *** через *** и чтоб там тебя, *** *** всевозможно *** с различными *** приспособлениями.
Пираты тупо глядели в пол. Солдаты тупо глядели вперёд. Адмирал тупо глядел на Щуплого. Щуплый чихнул.
- Эм… Что… Прости, ты… Сказал? – создавалось ощущение, что слова даются адмиралу с трудом, да и произносил он их неправильно. Впрочем, для Щуплого вся предыдущая тирада адмирала и вовсе была белибердой из цокающих и резких звуков.
- Я говорю, *** ты этакий, а не пойти бы тебе…
- Стоп. Теперь я… Э-э… Понял. Как… зовут?
Щуплый усмехнулся, уставился в пол. Грязные русые космы упали с макушки, свесившись перед его лицом.
- Моё имя тебе ничего не скажет.
Адмирал дважды моргнул, затем выпрямился – чтобы слышать мальчишку, ему пришлось сильно наклониться, пожевал губу.
- Не советую… Не советую тебе так… говорить со мной…
- Ты не понял, командир. Моего имени попросту нету. Ни в страховых свидетельствах, ни в больничных, ни в регистрационных листах, ни в сводках о рождаемости и смертности. По крайней мере, за последние *** знает сколько лет.
Снова моргнув, адмирал обернулся.
- Сержант!
- Да, сэр?
- Активируйте Всеобщую.
- Есть, сэр!
Рядом с адмиралом повис полупрозрачный экран монитора. Он открыл рот, собираясь что-то сказать, но Щуплый перебил его:
- Если хочешь попытаться меня найти, то дай я сам покажу. Возможно, что-то обо мне и есть. Только ты уж сразу открой раздел «История».
Ухмыльнувшись, адмирал пролистал каталоги, выбирая нужное, но тут Щуплый снова подал голос.
- Впрочем, я сомневаюсь, что эта ваша техника поддерживает письменность языка, на котором я сейчас говорю.
- Почему… же. Смотри…
Адмирал развернул экран к Щуплому. Тот, пошатываясь, встал с колен, задрал голову. Он едва доставал адмиралу до груди, и потому монитор, висевший у того перед лицом, был довольно высоко над головой парня.
Извернувшись и хрустнув хрящами, Щуплый перекинул скованные руки вперёд, подтянул к себе экран. Тот несильно ударил током, но парень не обратил внимания. Солдаты дёрнулись, и строгий оскорбленный взгляд адмирала вернул их на место.
- Посмотрим-посмотрим… Хмм… Вот.. Да… всё не так, что за бред… Понаписали историй, победители ***вы. Так… А вот… Да.
Адмирал встал рядом с Щуплым, нагнувшись. Через пару секунд глаза его расширились, а брови полезли ещё выше на лоб. Адмирал увидел дату.
- Это… Когда? Допереход… Как? Отку… Ааа! Крио-системы… Ухх, пролежал ты, парень…
Но Щуплый его не слушал, да и не понял бы – ошарашенный адмирал перешёл на родной язык.
Тонкие, худые пальцы метались по экрану, открывая всё новую и новую информацию об их владельце, пережившем свою цивилизацию на несколько сотен лет. Замерли, нерешительно приблизившись к очередной иконке. Дёрнулись, снова приблизились.
- А как… Она?
Щуплый зажмурился. Челюсти его дрожали, тело била мелкая дрожь. Несколько секунд он стоял, дрожа и покачиваясь, затем, медленно приблизил пальцы к экрану.
- Лучше.. .правда… Чем… добрая сказка... Неведения.
Пальцы на мгновение коснулись монитора, на экран выползла новая информация. Фотография, годы жизни, биография, сводки…
Широко раскрытыми глазами Щуплый смотрел на всё это. Зрачки метались от одного слова к другому, выхватывая куски.
Губы его задрожали, всё лицо сморщилось. Сжав челюсти и кулаки, он продолжал читать. Даже когда изображение на экране начало дрожать из-за подступивших слёз, он читал и читал. Ловил… Впитывал каждую минуту её жизни, что прошла мимо него.
Он уже не понимал ничего из того что видел, прежде чем свалился на пол. Когда солдаты шагнули к нему на этот раз, адмирал не стал их останавливать. Он сам склонился над телом.
Кулаки парня были сжаты, ногти пропороли кожу ладоней, пустив восемь тонких тёмных струек. Губы вытянулись в ровную прямую, закрывая сжавшиеся в нечеловеческом усилии челюсти.
Только вот мышц, закрывающих слёзные каналы, у человека нету. И солёная, лёгкая жидкость текла не переставая из-под плотно сжатых век.




Это, конечно, не стихи, но вот вчера что-то нахлынула очередная "фантазия"...

@музыка: Getter Jaani - Rockefeller Street

@настроение: Сонное

@темы: "творчество", душа болит, бред